Пасха2008

Под покровскими звездами



Неожиданно обнаружилось, что собираемся мы под покровскими звездами уже в седьмой раз. Как же быстро летит время! Но главное, что остается постоянным — это гостеприимство покровцев и покровительство Сережи Постолова. А еще покровское небо, которое еще ни разу не заслонило от нас замечательные звезды. И конечно, ключевая вода источника, которая очищает не только тело, но и душу. 

В этот раз в гости приехали барды Сергей Чикилев и Алексей Карамышев. Они привезли движок, аппаратуру и устроили такой концерт, что приехал даже глава поселения. Большой звук к вечеру, конечно, выключили, чтобы не мешать отдыхать покровцам и перешли к разговорам и стихам. Ну и пели потихоньку, конечно.

А еще в этот раз решили съехаться не в субботу, как прежде, а в пятницу. Нам это понравилось, мы остались с ночевкой и в субботу до вечера встречали тех, кто уехал в пятницу, чтобы вернуться. Но в субботу мы все-таки уехали, хотя соблазн остаться был. Так что субботний вечер прошел без нас, хотя не сомневаюсь, что было так же весело и шумно.

Впечатлений нам хватило еще и на все воскресенье, которое мы прожили так, как будто все еще находимся в Покровке. Все-таки замечательное это место! В следующем году встретимся обязательно!

 



Все фото можно посмотреть в альбоме группы В контакте
 

Пасха2008

Моя Реальная музыка в июне 2020

Пасха2008

Нежегольская тропа 2020. Перезагрузка



Хорошая весть пришла из Шебекино. «Нежегольская тропа 2020» пройдет в первые выходные сентября (суббота-воскресенье) на базе в Новой Таволжанке. Уже формируется состав жюри.

Радует то, что фестиваль будет проходить на природе, а не в городе. Жизнь показала, что городской фестиваль — это совсем другое мероприятие и на нем не сохраняется тот дух, за который поклонники любили и «Лиру», и «Тропу» прежних лет.

Кто знает, что последует за этим первым ростком новой «Тропы», возрождение или все-таки угасание. Об этом можно будет говорить только после того, как фестиваль состоится. А то, что он состоится — уже большое событие для всех поклонников наших фестивалей и думаю, что гостей соберется достаточно много. Знаю, что многие очень соскучились по прежним посиделкам у палаток, по ночным встречам и предрассветным прогулкам.

Так что вполне можно сказать, как в лучшие времена: «Здравствуй, Нежегольская Тропа!»


Страница фестиваля на Литературной Белгородчине

Пасха2008

Белая волна 2020



В этом году, учитывая сложившуюся обстановку, я решил не принимать участия в организации «Белой волны-2020», чтобы не подставляться и не подставлять.

На вопросы о предстоящем последнем выходном июня отвечал, что прослушивания и концерта не будет. Кто желает, может просто приехать потусить на любимом месте.

Каково же было мое удивление, когда, приехав ближе к вечеру на знакомую поляну, я обнаружил, что фестивального народа собралось гораздо больше, чем в прошлые годы.

Мало того, они сами организовали сцену со звукоусилением, сами провели концерт с видеозаписью и вручением специально изготовленных дипломов для всех участников.

Мне оставалось только получить свой почетный диплом и поблагодарить участников за верность фестивалю. Я почувствовал себя в окружении выросших детей, которые уже без участия родителей проводят мероприятие, которое когда-то затевали еще их дедушки.

Что может быть приятнее для родителя, чем осознание того, что твое дело подхвачено детьми и будет жить уже и без твоего участия.

Решили, что больше не будем проводить конкурс и выявлять лауреатов, а будем собираться, петь песни, читать стихи и награждать друг друга дипломами и медалями, которые сами же будем учреждать и изготавливать. Все таки это фестиваль позитивного творчества.

Порадовало еще и то, что на поляне и вокруг не было мусора. Я помню, как в прошлые годы мы обязательно вывозили по паре мешков мусора, собранного вокруг поляны. А теперь и вывозить было нечего. Теперь уже привычно, что каждая компания сама собирает свой мусор в мешок и увозит с поляны.

До свидания «Белая волна»! Встретимся под Покровскими звездами, в гостях у Постолова, а там и до Бабьего лета недалеко.





Снимал сам на телефон и немного, потому что села батарейка. Прошу прощения за качество. Все снимки в альбоме группы.

Думаю, что материалы еще появятся там же, в группе Белой Волны В контакте

Пасха2008

«Душевные встречи» № 6 июнь 2020




СЕНОКОСНАЯ ПОРА 

В июне обычно начинается сенокос. Если вовремя прошли дожди, то трава поднимается быстро, и надо не упустить время, пока она еще нежная и сочная. У меня когда-то в такое время сочинились строчки:

По росе, по росе надо сено косить,
Накосить, накопнить, не замаяться.
Надо выйти ранком, вместе с жаворонком,
И коса по росе как намасленная…

А уж для детворы июнь — самый лучший месяц: тут и начало каникул, и зеленая травка, и теплая речка! У тех, кто постарше, экзамены и выпускные вечера, а потом короткий отдых перед новым отрезком жизни — трудовым, армейским или студенческим. Одним словом, июнь  — это месяц молодости.

И даже для нас, помнящих уже много разных лет, каждый июнь приносит новые надежды и точно так же, как обновляется природа после весеннего разгула стихий, становится чище наша душа. Как в Троицын день, когда пол в доме выстилается травой, так и душа вбирает в себя все лучшее, светлое, доброе.

Потом уже лето станет знойным, солнце жгучим, трава жесткой, а пока все еще нежное, молодое, влекущее. И совсем не хочется вспоминать, что когда-то в июне началась война. Трудно представить себе, как в зеленой траве рвались снаряды, рылись окопы, обрывались чьи-то юные жизни.

Об этом все же надо помнить, чтобы страшное не повторилось, но мы все-таки будем знать и верить, что в июне больше не случится ничего плохого. Ведь лето только начинается. Здравствуй, лето! Шуми, сенокосная страда, время, когда день год кормит!

Ваш редактор Виталий Волобуев

«Душевные встречи» № 6 июнь 2020



№ 11 за 2019 год можно скачать в формате PDF
№ 12 за 2019 год можно скачать в формате PDF

Все номера за 2018 год

Адреса для подписки:

https://podpiska.pochta.ru/press/П2460

https://7udach.com/journal/dushevnye_vstrechi/


Группы:
«В контакте»
https://vk.com/club164671617
в «Одноклассниках» https://ok.ru/dlyachit

Пасха2008

«Душевные встречи» № 5 май 2020




ВРЕМЯ ПОБЕДИТЕЛЕЙ

В этом году нашей Великой Победе — 75 лет. Для человека это уже приличный возраст, а вот Победа, похоже, с каждым десятилетием только молодеет. Не утихают споры вокруг нее, кто-то от Победы отказывается, кто-то пытается приписать ее совсем другим, но в ответ возникает акция «Бессмертный полк», такое народное явление, от которого все противники застывают с раскрытыми ртами. А «Бессмертный полк» шагает через все границы и несет правду о нашей Победе по всему миру.

Нет ни одной семьи в нашей стране, которую бы ни затронула война своей страшной рукой. Но то, что была одержана Победа, перевешивает горе и слезы, принесенные войной. И как бы наши враги ни пытались заставить нас каяться в этой Победе, просить прощения у поверженных врагов и плакать по убиенным, мы упрямо будем праздновать нашу Победу и называть ее Великой. И будем праздновать ее радостно, хоть и со слезами на глазах.

Пусть враги стыдливо закрывают Мавзолей, с трибуны которого провожал наших воинов на оборону Москвы их главнокомандующий, пусть правда об успехах Советского государства пока еще слабо пробивается сквозь годами навязываемую ложь, но свет нашей Великой Победы обязательно рассеет тьму девяностых годов.

Мой дед пропал без вести на этой войне, отец был ранен, но остался в живых. Он редко рассказывал о войне, но праздник Победы был для него особым днем.

С Днем Победы вас, дорогие товарищи! Наше дело правое!

Ваш редактор Виталий Волобуев

«Душевные встречи» № 5 май 2020



№ 9 за 2019 год можно скачать в формате PDF
№ 8 за 2019 год можно скачать в формате PDF

Адреса для подписки:

https://podpiska.pochta.ru/press/П2460

https://7udach.com/journal/dushevnye_vstrechi/


Группы:
«В контакте»
https://vk.com/club164671617
в «Одноклассниках» https://ok.ru/dlyachit

Пасха2008

Сегодня родилась поэт Ольга Филиппова




ОЛЬГА ФИЛИППОВА

В ДУШЕ СВЕТЛО И ЧУТЬ ПЕЧАЛЬНО...
Из рукописи для фестиваля «Бабье лето» (2016)


ОСЕННЕЕ

Берёз сверкают белые колени.
Туман ложится спать в низинах сонных.
В лесу гуляет парочка влюблённых,
Тревожа уходящий день осенний.

Вот паучок, бессонницей измучен,
Плетет вуаль серебряную. Скоро
В неё поймает комара-танцора,
Что дерзко пляшет возле глаз паучьих.

Горят костры и горек запах дыма,
И праздничный сентябрь уходит тенью,
Оставив золотое напыленье…

А кто-то с нетерпеньем жаждет зиму.
Но осень всем назло красою пышет…
И поступи зимы она не слышит.



ТРОПА УВОДИТ В ТИШИНУ

Когда осенний прелый лист
Увековечен быть желает,
И так к ладоням припадает,
Как будто молод и смолист;

Когда дождем умытый лес
В поклоне опускает ветки,
И сосны, старые соседки,
Вот-вот достанут до небес;

Когда в траве сердитый ёж
Огромный гриб семейству тащит,
И белка из дупла таращит
Глаза на мир, что так пригож,

В душе светло и чуть печально.
Травинки ветерок согнул.
Тропа уводит в тишину,
К берёзам в золоте сусальном…



*  *  *


Когда меж сном и явью нет границы,
И звёзды испаряются в чаду,
Ты мог бы мне пригрезиться в бреду
Или в волшебном сне ко мне явиться.

Тоска, как раскалённая игла.
И средства нет —  внезапно исцелиться.
И не поможет мёртвая водица
В графинчике из чёрного стекла.

И силы нет забыть и превозмочь.
И нет надежды на возможность встречи.
Без рук твоих мои так зябнут плечи.
И безысходна и печальна ночь…


Читать всю подборку на Литературной Белгородчине

Страница Ольги Филипповой на ЛБ
Пасха2008

День рождения отца-фронтовика. Один из великого поколения




ВИТАЛИЙ ВОЛОБУЕВ

ОДИН ИЗ ВЕЛИКОГО ПОКОЛЕНИЯ
Мой отец Николай Митрофанович Волобуев (1924-2000)

С детства у меня с отцом были особые отношения. Мы с ним всегда спорили. В этих спорах формировалось моё мировоззрение. И теперь, когда его уже много лет нет рядом, я иногда вспоминаю эти споры и понимаю, что он был прав гораздо чаще, чем я. Теперь мне предстоят споры уже со своим сыном. Вот только я уже гораздо старше отца той поры, когда мы вели с ним наши яростные споры.

Отец родился в 1924 году в деревне Волобуевка, ныне Яковлевского района Белгородской области, а тогда это был Саженский район Курской области. Происхождение его фамилии поэтому вполне понятно.

А вот происхождение самой Волобуевки туманно. Известно, что существовал боярский род Волобоевых, потомки которых в своё время не пошли в государеву службу, а потому и не получили дворянства. Следовательно, они должны были стать, по всей видимости, государственными крестьянами. Может быть поэтому в России есть несколько сёл с названием Волобуевка. Если верить Википедии, то два таких села есть в Курской области, хотя ещё в детстве я находил в каких-то источниках сведения о существовании сёл с таким названием и в Орловской области. Вполне возможно, что эти сёла уже исчезли с карты. Ведь и отцову родную Волобуевку в семидесятые годы прошлого века постигла печальная судьба. Её объявили неперспективной, она оказалась в стороне от дорог и к настоящему времени практически вымерла. Несколько лет назад там постоянно проживала только одна семья, другие уцелевшие дома служат дачами в летнее время.

Но в те времена, когда там жил отец — до 1938 года, это была крупная богатая деревня со своей мельницей, кирпичным заводом, школой. В деревне было радио, электричество, богатый колхоз, в котором появился первый в округе трактор, на котором работал мой дед Митрофан Яковлевич Волобуев. Одним словом, эта была передовая советская деревня. Вот только в ней никогда не было церкви. Судя по рассказам бабушки, мой прадед, Яков Васильевич Волобуев, был баптистом, из чего можно сделать вывод, что деревня была основана протестантами, результатом чего и было процветание села. Ведь известно, что протестанты считают труд лучшей молитвой и не строят церквей.

Отец был убеждённым атеистом. Он рассказывал, как однажды его отец, мой дед, Митрофан Яковлевич, после очередного семинара селькоров в Курске, в котором он принимал участие, пришёл домой, снял со стены иконы, принадлежавшие моей бабушке, матери отца, Наталье Макарьевне Бородиной, которая до конца жизни оставалась православной верующей, и разбил эти иконы о порог дома.

Возможно, именно после этого и начались в его семье беды, которые в 1938 году лишь благодаря местному председателю колхоза окончились не репрессиями, а добровольным переселением в Забайкалье. А в 1942 году он сгинул на фронте без вести и никто не знает, что с ним произошло. Поруганные иконы не помогли бабушке отмолить его. Она вырастила нас и умерла в 1976 году. Всю свою долгую жизнь она оставалась верна своему Митрошеньке.
Collapse )

Размышляя сейчас о судьбе отца, я думаю, что он был ярким представителем своего поколения, рождённого в первой половине двадцатых годов. Почти всё оно полегло на войне, но даже по тем, что остались, можно смело утверждать, что это было одно из самых талантливых поколений. Это были люди, рождённые и воспитанные в новое время, они были устремлены в светлое будущее, они были романтиками, поэтическими натурами, они верили в силу науки и не боялись ничего, в том числе и смерти, хотя были атеистами. Но, вспоминая отца, я думаю, что он будучи атеистом, жил как раз по-христиански, никого не обижая, всех прощая, не стремясь к власти и деньгам.

О нём более, чем о ком либо другом можно сказать, что у него была душа-христианка, и я думаю, что многие из тех, кто называет себя истинно верующими, соблюдающими посты и посещающими храмы, могли бы поучиться жизни у моего отца-безбожника. При всей своей атеистичности, он не осуждал свою верующую мать и не препятствовал крещению детей и внуков.

И пусть мои воспоминания станут одним из кирпичиков в большой памятник этому великому поколению, смелому, талантливому, обманутому и не сломленному. Это они спасли Россию. Спасём ли мы?

2017

Опубликовано в журнале«Звонница» № 28 за 2017 год

Страница Николая Волобуева на Литературной Белгородчине

Пасха2008

Сегодня день рождения поэта Константина Мамонтова



КОНСТАНТИН МАМОНТОВ (1918-2000)

БЛАГОДАРЮ ТЕБЯ, ОТЧИЗНА…
Из автобиографии

Я родился 2 мая 1918 года в селе Ашап Ординского района Пермской области. В полтора года остался без отца (умер от тифа), а когда мне исполнилось пять лет, мать уехала в Свердловск и нанялась в домработницы, оставив меня на попечение деда, бабушки и тети.

В 1925 году в возрасте 75 лет умер дед. В 1929 году бабушка с тетей и я как семья кулака были выселены из дома и сосланы. Но по дороге к месту ссылки я сбежал, вернулся в Кунгур, там познакомился с беспризорниками, остался в их компании. Начались годы моих голодных и холодных скитаний по матушке России.

Три года беспризорничал, день за днем проводил в кругу людей, которые занимались только воровством, пьянками, драками и хулиганством, такая обстановка действовала на меня угнетающе, и я чувствовал, что становлюсь безвольным и могу вот-вот «поскользнуться и упасть». Как спасение, появилась мысль уехать к матери в Свердловск.

Адрес ее я, конечно, уже забыл, но в то время она мне была так необходима, что я в течение двух месяцев каждый день надеялся на нашу встречу на рынке, куда она, наверняка, ходила за покупками. Я опасался только одного: узнаю ли среди тысяч незнакомых людей дорогие черты? Ведь с тех пор, как я видел ее в последний раз, прошло девять лет. Но вот однажды…

Стоял июнь 1932 года. Бродя по рынку в поисках чего-нибудь съестного, я вдруг увидел женщину, покупающую овощи. Сердце учащенно забилось: ее профиль, это движение рук, ее голос — все говорило: это мать! Но встреча произошла так неожиданно, что я еще сомневался. Решил проследить, где она живет.

Хожу за ней по рынку, чтобы не потерять среди толпы. А она, видя, что за ней увязался оборванец, корзиночку держит перед собой, и сумочку — за пазуху. Вид мой, конечно, не внушал доверия: одна штанина до колен, ноги босые в грязи и цыпках, телогрейка на голом теле, подпоясанная веревиной. Все это, безусловно, заставляло ее относиться к увязавшемуся за ней подростку с подозрением: он не только в корзинку залезет, но и сумочку срежет…

Всю ночь не спал: мать или не мать? А утром постучал в ту квартиру... Да, это была мать! Сердце не обмануло меня. Были слезы, объятия, поцелуи.

Хозяева разрешили жить у них. Одежонка моя была во дворе предана костру, остриженные волосы сожжены в топке ванного котла, а сам я был вымыт дегтярным мылом.

В конце ноября 1932 года мать вторично вышла замуж, и отчим перевез нас в город Красноуральск. Но жизнь у них не сложилась, и в мае 1933 года мать трагически погибла, а отчима посадили в тюрьму. Я опять остался один. Но сейчас надо мной — и потолок есть, и комната не пуста.

Но, как говорится, одна беда в дом не ходит. Быстро нашлись «сочувствующие друзья» намного старше меня, покровительственно говорившие: «велико твое горе, но мир не без добрых: держись нас, и мы тебя выведем в люди». И... вывели. Через неделю комнатушка моя была пуста: все было продано и пропито, а сами «друзья» вскоре забыли благие обещания и дорогу в наш барак.

Еще раз убедившись в «дружбе» этих людей, я, закрыв комнату и отдав ключ соседям, ухожу в лес, примыкающий почти к самому кладбищу, строю пихтовый шалаш и начинаю жить в нем. Все мое существо просило одиночества, мне хотелось никого не видеть, никого не слышать.

Вначале это одиночество успокаивало, и я был рад тишине. Но душевное потрясение в связи со смертью матери и горькая обида на людей, обманувших меня в такой трудный момент, все сильнее и сильнее действовали на психику. Появился зародыш ненависти к людям, неверие в их доброту. Все чаще приходила мысль о ненужности существования. Мне, как воздух, необходим был близкий друг, с которым можно было бы делиться всем, что есть на душе. А поделиться-то и не с кем: кругом кресты, могилы да лес. И вот тогда-то совсем неожиданно, со мной заговорила муза — я начал слагать стихи... Высказывать все, что волнует, было моей ненасытной потребностью. Выложу наболевшее на лоскуток бумаги или фанерки, и на душе — теплынь и успокоение.

С наступлением осенних заморозков я вынужден был вернуться к обманувшим меня «друзьям» и уехал с ними на юг. «Ростов-папа» и «Одесса-мама» в то время были наводнены нашим братом. Расселением групп, прибывающих на зиму в Одессу из северных районов страны, занимался «князь», которому главари групп должны были платить дань. Этого человека, мы, мелкота, не знали и не видели в глаза. Но мне представился случай познакомиться с ним и даже около двух месяцев жить в его доме на окраине города. Все его звали Глыбой. Точно не знаю, фамилия это или кличка. Был он огромного роста, в плечах — косая сажень, имел пудовые кулаки и очень приятный по тембру бас. Он, 64-летний старик, был бодр, всегда подтянут, чисто выбрит и безукоризненно одет. Носились слухи, что он при царизме был на каторге, а сейчас — валютчик, связанный с иностранцами.

И вот до него дошли слухи, что я пишу стихи. Он пожелал увидеть меня. Я был приведен в его дом нашим атаманом. Оказалось, что он очень любит стихи, особенно Есенина, которые мог читать часами, весь преображаясь. Прослушав несколько моих стихотворений, он, к моему изумлению, притянул меня к себе и, крепко обняв, поцеловал.

—Ты, правда, не Сергей Есенин — тебе далеко до него, но в тебе что-то есть, затрагивающее душевные струны. Учиться тебе, парень, надо, учиться! И я, как умею, помогу тебе в этом. А блатные стишки чтоб я больше не слышал! Душа у тебя не та, чтобы проституток да алкашей увеселять!

Эта встреча кончилась тем, что он оставил меня в своем доме, поставив задачу ежедневно «выдавать на гора» по одному стихотворению. Каждый вечер, вернувшись с работы, он с нескрываемым интересом прослушивал написанное и делал замечания. Сейчас, вспоминая эти беседы, я убеждаюсь, что он разбирался в поэзии. Он учил, чтобы я «очеловечивал» все неживое, особенно в природе, искал образы, метафоры, неожиданные сравнения. Не знаю, удается мне это или нет, но я благодарен ему. И вдвойне благодарен за подаренные две книги, которые помогли мне в творчестве. Назывались они «Что надо знать начинающему писателю», были выпущены издательством «Красная газета» в Ленинграде в 1927-1928 годах (автор А. Крайский). Как добрую память я храню их до сих пор.

В апреле 1934 года я вернулся на Урал, в Кунгур. Потом съездил на могилу матери в Красноуральск. Здесь меня за украденный кренделек сильно избили, повредив два ребра. Около месяца я пролежал в больнице.

В конце мая, вернувшись в Кунгур, я не мог устоять перед желанием навестить родной Ашап, лелея надежду, что бабушку и тетю — глубоких старух — из ссылки вернули обратно, и я не буду одиноким. Но никого из родных там по-прежнему не было, и я, как волк, все лето жил в лесу, выходя за милостыней в близлежащие деревни, избегая встреч с односельчанами. Это четырехмесячное одиночество было самым плодотворным периодом в моем творчестве: здесь родилось более ста стихотворений. Но радость вдохновения была омрачена осенними дождями и похолоданием, вынудившими возвратиться в Кунгур, где меня ожидала радость, в корне изменившая мою нищенскую судьбу.

В начале октября 1934 года кунгурские учителя — супруги Николай Иванович Тюрин и Зоя Александровна Суслова ввели меня как сына в свою бездетную семью, обогрев сердечным теплом и душевной заботой. Это было моим вторым рождением.

В 1944 году меня тяжело ранило — сквозное ранение левого легкого. И с этой бедой пришла другая: потерялся планшет с шестью блокнотами — около 300 стихотворений. Исчезло то, что было самым дорогим для меня.

Шли годы. Война осталась позади. Раны телесные зарубцевались, и только душевная все еще кровоточила — жаль было утерянное. Писать новые стихи не хотелось. И,может быть, это мое занятие так бы и окончилось, если бы в 1947 году я, приехав в Кунгур, не нашел в чулане нашего старого дома черновики моих стихов, датированные 1933-1939 годами. Я о них совершенно забыл. Эти-то черновики побудили меня вновь взяться за перо. Я решил восстановить свой дневник…

... В 1960 году в еженедельник «Литература и жизнь» пришло письмо от никому не известного Борисова, в котором он писал: «Граждане писатели! В вашей газете попал на одну статейку «Стихи из окопов», прочитал ее и вспомнил: у меня в сундуке блокнот лежит, с фронта привез. Там тоже, вроде, стихи. Как тот блокнот попал ко мне, не помню, только знаю: с фронта привез. Я в госпитале в сорок третьем да в сорок четвертом санитаром работал по ранению и по возрасту тоже. Блокнот этот посылаю вам, разберитесь, что к чему».

Корреспондент газеты Алексей Тимофеевич Емельянов принял близко к сердцу содержание этой находки и написал статью «Трудная судьба», в которой просил читателей, кто знает, сообщить о судьбе автора стихов. Письма приходили, но ничего определенного никто не сообщал. Решив, что хозяин блокнота погиб в боях, газета передала блокнот в издательство «Молодая гвардия», где готовилась книга «Имена на поверке» — стихи погибших поэтов. В эту «похоронную» книгу были включены и мои стихи.

А в это время я уже десять лет работал машинистом электровоза, водя по Уралу грузовые поезда, и иногда печатал свои стихи в газете «Гудок». И получилось так, что к одной дотошной читательнице попали и книга «Имена на поверке», и газета «Гудок» с моими стихами, только что ею полученная. У нее возникла мысль: «А не ошиблось ли издательство, похоронив живого человека?» Свои сомнения она высказала в письме. И вот совсем неожиданно ко мне прилетает Емельянов и вручает мой блокнот за № 1... Да, я плакал, целовал эту потрепанную книжицу, никак не веря в ее возвращение. Сорок восемь стихотворений через 16 лет нашли хозяина.

...Не мне, самодеятельному поэту, судить о качестве моих стихов, об их общественном звучании. Знаю только, что в войну они были очень нужны. Сужу об этом по душевному отношению ко мне руководства политотдела и командира дивизии генерал-майора Николая Михайловича Дрейера. Они всегда интересовались, как мне пишется, не нуждаюсь ли я в чем-нибудь. И эта их заинтересованность приносила свои плоды: я написал немало поэтических строк, прославляя боевые подвиги однополчан, скрашивая будни окопной жизни воспоминаниями о родимом доме, об оставленных семьях, о любимых... Не проходило ни одного концерта нашего самодеятельного красноармейского ансамбля песни и пляски, в программу которого не включались бы мои стихи, литмонтажи, частушки. За эту литературную деятельность в 1944 году я был награжден орденом Красной Звезды.

В 1967 году, участвуя в литературном конкурсе имени Н. Островского в честь 50-летия Советской власти, я был удостоен премии ЦК ВЛКСМ, а в 1972 году был принят в члены Союза писателей.

За годы войны и во время работы на железнодорожном транспорте имею 32 благодарности и 13 правительственных наград.

И последнее. Все мои стихи зримо и незримо связаны с Россией — моей горячо любимой Родиной, являющейся для меня олицетворением всего святого, живущего в моей сыновней душе. И потому я не устану повторять:

Благодарю тебя, Отчизна,
За то, что ты, не помня зла,
Сквозь испытания по жизни
Меня с достоинством вела.
Покуда сердце не споткнется
О груду лет, мне вновь и вновь
С глубин душевного колодца
К тебе не вычерпать любовь.


Константин Мамонтов
Кунгур, 1988

Опубликовано в журнале «Звонница» № 4 за 2003 год

Пасха2008

Сегодня день памяти Игоря Андреевича Чернухина



Он был моим главным Учителем в литературе. Не в поэзии конкретно, а именно в литературе. Если бы не встреча с ним в далёком 1979 году, скорее всего моя судьба сложилась бы иначе. Он усмотрел в одном моём четверостишии искорку, которую потом раздул в большой костёр, от которого я греюсь и до сих пор. Мы называли его комиссаром, потому что он ходил в кожаной кепке и куртке, но я теперь понимаю, что это так и было — он не учил писать стихи, он проводил с нами беседы о литературе, о поэтах, о славе и чести.


ИГОРЬ ЧЕРНУХИН (1930-2017)


*  *  *

Покину всё:
И деревянный дом,
И сад с малиной, и хозяйку дома…
И рано утром я сойду с парома
На берегу уже совсем чужом.

Паромщику скажу:
– Прощай, старик!
И ходко к полустанку зашагаю
Заречными туманными лугами
На голос электрички напрямик.

Под стук колёс покажется всё сном,
Полузабытым, милым и знакомым:
Старик-паромщик, деревянный дом
И сад с малиной, и хозяйка дома.

1981


ТРИЕДИНСТВО

Триедина великая вера,
Милосердна, глубинна, чиста,
Но тебе до конца не измерить
Эту тяжесть и лёгкость креста.
Не подсвистывай птицам небесным —
Не тебе понимать их удел.
В мир пришёл ты, великий и тесный,
И не лучшие песни пропел.
Но ты принял высокие звуки,
Что с небес принесли соловьи
И обрёк на вселенские муки
Душу грешную,
Песни свои...
Что же делать, коль в жизни суровой
Просто так ничего не дано.
Триедино великое Слово —
Было Богом когда-то оно.
Перед Словом, как мальчик, робею.
Речь мою замыкают уста.
Надо мною спасительно веют
Три единых смиренных перста.

1996


ДОЖДЬ

Прошелестел в вершинах клёнов,
Умыл асфальта полосу,
И там,
За дальним перегоном,
Оставил радугу в лесу.
А здесь
Играют солнца блики,
Переплетённые дымком,
И веет спелой земляникой
И свежим тёплым молоком.



Страница Игоря Чернухина на Литературной Белгородчине